— Эй ты! Ну-ка стой!

Девушка в бархате рассерженно схватила меня за руку.

— Отпусти ее! Она странная какая-то! — закричали девушки в кимоно, и мне стало еще стыднее.

Я подумала о том, что, наверно, с подобной им девушкой я и разговаривала тогда по телефону во время секса, и такие девушки и ходят с моим артистом в итальянские рестораны и получают от него в подарок драгоценности. Решив так, я взглянула на девушку в бархатном и увидела у нее на пальце очень красивое кольцо с камнем зеленого цвета. Мне стало еще хуже, и я дернулась, пытаясь высвободить руку, но не смогла.

— Ты же это… шлюха, наверное, да? Ты свечку во время работы используешь, да? — сказала она с насмешкой, глядя на зажатый в моей руке предмет.

Она была выше меня более чем на десять сантиметров, у нее были большие красивые глаза, и я вдруг чуть не заплакала. Когда она потребовала от меня извинений, я, не знаю почему, внезапно укусила ее за тонкое запястье.

Я хотела еще поискать кольцо, но девушки закричали, что сейчас позовут охранника, и мне пришлось, пробежав через холл, выскочить на улицу и быстро поймать такси.

— У вас все в порядке?

Водитель смотрел на мое отражение в зеркале заднего вида. Приложив руки к лицу, я поняла, что оно все в слезах.

— Нам, конечно, нельзя разговаривать с клиентами на такие темы, но… видите ли, дело в том, что у меня дочка такого же возраста, как вы… Но вы не расстраивайтесь, я вот что вам скажу, может, странно прозвучит, но не все же так плохо в этом мире. — Он разговаривал будто с самим собой.

Я была вынуждена выслушивать его и так рассердилась от безысходности, что, будь у меня сейчас нож, зарезала бы его без всяких колебаний.